воскресенье, 19 января 2014 г.

"Тайный психологизм" Тургенева на страницах повести "Ася"

          И. Тургенев использует тонкие детали для того, чтобы придать особый психологизм каждому фрагменту.
          "Голос ее прерывался на каждом слове."- Речь Аси очень прерывчива, непостоянна, эмоции перехлестнули ее; она потеряла возможность говорить. Главным действующим лицом этого отрывка является Ася, но у нее очень мало реплик, ее лицо говорит вместо нее:"Они молили, эти глаза, они доверялись, вопрошали, отдавались..."  
          "Но вдруг воспоминание о Гагине, как молния, меня озарило"- молчаливое признание Аси неожиданно нарушил Господин Н., который "как молния" прервал ее. "Повторил я с каким-то ожесточением"- герой нападал на бедную девушку, которая "не могла еще прийти в себя и плохо меня понимала."Ася не могла понять за что он ее упрекает, в чем она виновата.
Господин Н. не мог понять себя, его мысли быстро менялись, слова путались, но неожиданно он понимает, что он сделал и говорит себе:"Теперь всё пропало, всё, всё."
           "И вдруг упала на колени, уронила голову на руки и зарыдала"- Ася не выдержала жестоких слов и разрыдалась.
            В конце еще одно молниеносное движение, но уже совершенное Асей:" она вдруг вскочила — с быстротою молнии бросилась к двери и исчезла..." Она хотела убежать, от Господина Н., от того места, от себя.
          Благодаря деталям, мы становимся свидетелями этой сцены, ее участниками.
— Я желала... — начала Ася, стараясь улыбнуться, но ее бледные губы не слушались ее, — я хотела... Нет, не могу, — проговорила она и умолкла. Действительно, голос ее прерывался на каждом слове.
Я сел подле нее.
— Анна Николаевна, — повторил я и тоже не мог ничего прибавить.
Настало молчание. Я продолжал держать ее руку и глядел на нее. Она по-прежнему вся сжималась, дышала с трудом и тихонько покусывала нижнюю губу, чтобы не заплакать, чтобы удержать накипавшие слезы... Я глядел на нее; было что-то трогательно-беспомощное в ее робкой неподвижности: точно она от усталости едва добралась до стула и так и упала на него. Сердце во мне растаяло...
— Ася, — сказал я едва слышно...
Она медленно подняла на меня свои глаза... О, взгляд женщины, которая полюбила, — кто тебя опишет? Они молили, эти глаза, они доверялись, вопрошали, отдавались... Я не мог противиться их обаянию. Тонкий огонь пробежал по мне жгучими иглами; я нагнулся и приник к ее руке...
Послышался трепетный звук, похожий на прерывистый вздох, и я почувствовал на моих волосах прикосновение слабой, как лист дрожавшей руки. Я поднял голову и увидал ее лицо. Как оно вдруг преобразилось! Выражение страха исчезло с него, взор ушел куда-то далеко и увлекал меня за собою, губы слегка раскрылись, лоб побледнел, как мрамор, и кудри отодвинулись назад, как будто ветер их откинул. Я забыл всё, я потянул ее к себе — покорно повиновалась ее рука, всё ее тело повлеклось вслед за рукою, шаль покатилась с плеч, и голова ее тихо легла на мою грудь, легла под мои загоревшиеся губы...
— Ваша... — прошептала она едва слышно.
Уже руки мои скользили вокруг ее стана... Но вдруг воспоминание о Гагине, как молния, меня озарило.
— Что мы делаем!.. — воскликнул я и судорожно отодвинулся назад. — Ваш брат... ведь он всё знает... Он знает, что я вижусь с вами.
Ася опустилась на стул.
— Да, — продолжал я, вставая и отходя на другой угол комнаты. — Ваш брат всё знает... Я должен был ему всё сказать.
— Должны? — проговорила она невнятно. Она, видимо, не могла еще прийти в себя и плохо меня понимала.
— Да, да, — повторил я с каким-то ожесточением, — и в этом вы одни виноваты, вы одни. Зачем вы сами выдали вашу тайну? Кто заставлял вас всё высказать вашему брату? Он сегодня был сам у меня и передал мне ваш разговор с ним. — Я старался не глядеть на Асю и ходил большими шагами по комнате. — Теперь всё пропало, всё, всё.
Ася поднялась было со стула.
— Останьтесь, — воскликнул я, — останьтесь, прошу вас. Вы имеете дело с честным человеком — да, с честным человеком. Но, ради бога, что взволновало вас? Разве вы заметили во мне какую перемену? А я не мог скрываться перед вашим братом, когда он пришел сегодня ко мне.
«Что я такое говорю?» — думал я про себя, и мысль, что я безнравственный обманщик, что Гагин знает о нашем свидании, что всё искажено, обнаружено, — так и звенела у меня в голове.
— Я не звала брата, — послышался испуганный шёпот Аси, — он пришел сам.
— Посмотрите же, что вы наделали, — продолжал я. — Теперь вы хотите уехать...
— Да, я должна уехать, — так же тихо проговорила она, — я и попросила вас сюда для того только, чтобы проститься с вами.
— И вы думаете, — возразил я, — мне будет легко с вами расстаться?
— Но зачем же вы сказали брату? — с недоумением повторила Ася.
— Я вам говорю — я не мог поступить иначе. Если б вы сами не выдали себя...
— Я заперлась в моей комнате, — возразила она простодушно, — я не знала, что у моей хозяйки был другой ключ...
Это невинное извинение, в ее устах, в такую минуту — меня тогда чуть не рассердило... а теперь я без умиления не могу его вспомнить. Бедное, честное, искреннее дитя!
— И вот теперь всё кончено! — начал я снова. — Всё. Теперь нам должно расстаться. — Я украдкой взглянул на Асю... лицо ее быстро краснело. Ей, я это чувствовал, и стыдно становилось и страшно. Я сам ходил и говорил, как в лихорадке. — Вы не дали развиться чувству, которое начинало созревать, вы сами разорвали нашу связь, вы не имели ко мне доверия, вы усомнились во мне...
Пока я говорил, Ася всё больше и больше наклонялась вперед — и вдруг упала на колени, уронила голову на руки и зарыдала. Я подбежал к ней, пытался поднять ее, но она мне не давалась. Я не выношу женских слез: при виде их я теряюсь тотчас.
— Анна Николаевна, Ася, — твердил я, — пожалуйста, умоляю вас, ради бога, перестаньте... — Я снова взял ее за руку...
Но, к величайшему моему изумлению, она вдруг вскочила — с быстротою молнии бросилась к двери и исчезла...

1 комментарий:

  1. Даша, прежде всего необходимо исправить орфографические ошибки, изменить написание неверно образованных слов!
    Во-вторых, в данной работе нет вступления, о каких деталях ты ведёшь речь: "И. Тургенев использует тонкие детали для того, чтобы придать особый психологизм каждому фрагменту"???
    "Благодаря деталям, мы становимся свидетелями этой сцены, ее участниками" - ??7 Мв становимся свидетелями этой сцены, потому Тургенев описал её. А чтобы показать, как писатель использует метод "тайного психологизма", надо в первую очередь указать, в чём этот метод заключается, затем найти, где он применяется автором повести, а затем комментировать те "детали", которые помогают раскрыть внутреннее состояние героев. В данной работе ты не можешь выполнить поставленной задачи, потому что не понимаешь, что такое "тайный психологизм" Тургенева.

    ОтветитьУдалить